Литературоведение

Специфика смехового слова в эпистолярии А. С. Пушкина и М. Ю. Лермонтова (к проблеме скрытой интертекстуальности)

Аннотация: 

Смеховое слово является одним из важнейших механизмов порождения комического в художественном и нехудожественном дискурсах отечественной словесности первой трети XIX века. Среди элементов смехового слова, обеспечивающих его гибридность, существенное место занимает интертекстуальность, в том числе и представленная в своих неявных формах на уровне едва узнаваемых цитат, обыгрываемых аллегорий, пародийных переделок и т. п.

В предлагаемой статье представлен анализ нескольких случаев интертекстуальности смехового слова в эпистолярии А. С. Пушкина и М. Ю. Лермонтова. Не претендуя на полноту выводов, мы полагаем возможным обозначить ряд ключевых моментов проблемы. В статье анализируются письма А. С. Пушкина и М. Ю. Лермонтова, затрагивающие обсуждение вопросов творческой практики и литературной жизни. Особое внимание уделяется письмам, включающим стихотворные метаописания, характер смехового слова которых связан с чтением и изучением Шекспира. В статье делается вывод о разных формах проявления интертекстуальности: если в письмах Лермонтова смеховое слово имеет явно просматривающийся «шекспировский след», то в письмах Пушкина шекспировский смех звучит неявно, и можно говорить лишь о шекспировском присутствии, о скрытой форме интертекстуальности смехового слова.

Ключевые слова: 

смех, смеховое слово, А. С. Пушкин, М. Ю. Лермонтов, У. Шекспир, письма, интертекстуальность.

Образ автора и полифония в документальном романе Анатолия Кузнецова «Бабий яр»

Аннотация: 

Роман Анатолия Васильевича Кузнецова «Бабий Яр» представляет собой полифонический синтез различных приемов повествования и речевых форм. Авторская речь от первого лица господствует в тексте романа, однако субъективный рассказ о себе и собственном страшном опыте взросления в период фашистской оккупации Киева включает множество документов, а также голоса многих людей – родных и друзей автора и героя, знакомых и незнакомых ему людей, прошедших ад Бабьего Яра. В этом взаимодействии личного письма, драматического представления жизни, высказываний и рассказов других людей заложена основа для объективного и объемного видения жизни, проложен путь к жестокой правде. Документальный роман «Бабий Яр» начинается с заявления: «Я рассказываю, как было. Моя книга – это документ…», а заканчивается утверждением: «… это крик тысяч гибнущих людей. Мы не смеем забывать этот крик». В этом ключевой принцип построения книги Анатолия Кузнецова – в ней голос одного, самого обыкновенного человека сливается с голосом страдающего народа, а личная судьба тесно связана с судьбой всего человечества.

Ключевые слова: 

Анатолий Кузнецов, «Бабий Яр», роман-документ, образ автора, речь от первого лица, полифо-ния.

История и судьба «Черной книги»: писатели и документы эпохи

Аннотация: 

«Черная книга» является уникальным изданием, представляющим собой архив документов и свидетельств очевидцев о Холокосте – преступлениях против евреев на территории СССР и Польши в годы Второй мировой войны. Книга создавалась большой группой советских журналистов и литераторов под руководством Ильи Эренбурга и Василия Гроссмана в 1940-х годах. Судьба книги оказалась непростой, прошло несколько десятилетий, прежде чем она была опубликована. Сегодня она известна во всем мире как одно из самых масштабных расследований фашистских преступлений. По замыслу И. Эренбурга, в книгу должны были войти истории спасшихся, свидетельства очевидцев, немецкие приказы, дневники и показания нацистов, записки и дневники жертв. Согласно этому замыслу, книга-документ должна была стать не сборником актов и протоколов, а собранием «живых» рассказов, свидетельствующих о глубине трагедии. Фактически книга представляет собой публицистическое произведение, в котором подлинные документы и «живые свидетельства» представлены согласно логике и законам литературы. Это один из первых примеров стирания границ между литературой и историей, в который внесли огромный вклад многие из выдающихся советских писателей.

Ключевые слова: 

документ, свидетельство, публицистика, советские писатели, Холокост.

Документальное и художественное в мемуарах Екатерины II

Аннотация: 

В статье рассматривается проблема соотношения документального и художественного в мемуарах Екатерины II, которая исследуется с точки зрения жанровых стратегий. Мемуары императрицы строятся с опорой на три жанра, функционирующих в писательском репертуаре Екатерины: жанр комедии, жанр анекдота и жанр пословицы (афоризма). От комедии берется театральный хронотоп с его классицистическим трехъярусным разделением на высшее, среднее и низшее бытие героев, акцентированием на отрицательном персонаже – великом князе Петре Федоровиче, выделением речей героя-резонера – великой княгини Екатерины Алексеевны. Внутренняя речь героини оформляется как правило поведения – пословица, призванная воспитывать публику в духе галантного дворцового этикета. Жанр анекдота функционирует в мемуарах Екатерины для усиления художественной составляющей повествования: сжатия времени, внезапной развязки, неожиданного случая. Историкам не удается доказать использование автором документальных материалов для написания мемуаров, в то время как анекдоты о времени воцарения Екатерины на российском престоле помещаются в свод автобиографических записок вместе с различными вариантами мемуаров. Подобная неофициальная точка зрения автора на героев своего времени: императрицу Елизавету Петровну и великого князя Петра Федоровича – придает мемуарам Екатерины II статус если и исторического свидетельства, то приближенного к жанру исторического романа, или жанра, получившего, по определению В. Д. Алташиной, название «роман-мемуары».

Ключевые слова: 

мемуары императрицы Екатерины II, эго-документ, жанровые стратегии, комедия, афоризм, анекдот, роман-мемуары.

Творческая история романа И. А. Новикова «Пушкин в изгнании»

Аннотация: 

В статье рассматривается история создания дилогии И. А. Новикова «Пушкин в изгнании», состоящей из двух романов: «Пушкин в Михайловском» (1936) и «Пушкин на юге» (1944). Произведения написаны с опорой на фактологический материал: И. А. Новиков использует переписку современников А. С. Пушкина – М. Ф. Орлова, Е. Н. Орловой, М. С. Воронцова, П. А. Осиповой, В. А. Жуковского и др. Используются также другие источники: записки И. И. Пущина, мемуариста И. П. Липранди, дневниковые записи П. И. Долгорукова, воспоминания А. Ф. Вельтмана и В. П. Горчакова, А. П. Керн, М. И. Осиповой. Основным материалом для написания произведения стали различные автобиографические записи: дневники поэта, письма, заметки. Новиков включает в роман тексты стихотворений Пушкина, показывает процесс творчества, что помогает создать психологически достоверный образ поэта, воссоздать его жизненный путь. Полезным источником при создании дилогии послужили также рассказы писателей (В. Ф. Раевского, И. Д. Якушкина и др.) Роман, написанный в жанре беллетризованной биографии, получает признание критиков, по достоинству оценивших стиль и мастерство автора.

Ключевые слова: 

беллетризованная биография, авторское исследование, Пушкинский кружок, М. А. Цявловский, образ А. С. Пушкина.

Новогодние стихи В. К. Кюхельбекера: между царем, богом и «пограничными ситуациями»

Аннотация: 

Пять новогодних (эонических) стихотворений декабриста В. К. Кюхельбекера, написанные им в одиночном заключении и в сибирской ссылке, – не только не замеченный исследователями «метатекст», но и философское высказывание поэта, его «бытие-в-пути». С одной стороны, они являются частью «новогоднего текста» русской поэзии XVIII – первой половины XIX века и потому интересны – в рамках исторической поэтики, истории жанров и истории метафизической поэзии в России – как этап в его развитии. С другой стороны, эти стихотворения показательны с точки зрения эволюции эстетических и философских взглядов Кюхельбекера, в частности ощущения им Времени и собственной «экзистенции». Кроме того, они свидетельствуют о консервации тех художественных поисков писателя, которые были прерваны трагическими событиями декабря 1825 года. Оторванный от живой литературной жизни, он продолжает развивать нисходящие и непопулярные уже традиции – гражданской и религиозной поэзии, соотносимые в сознании современников с классицизмом, прежде всего с жанрами торжественной и духовной оды.

Тяготение Кюхельбекера к архаизирующим стилю и жанрам, его постоянно ухудшающееся душевное и физическое состояние, семейные невзгоды, всегдашняя экзальтированность и пр. своеобразно проявили себя в эволюции новогодней темы в его стихотворениях. Ощущение своей «заброшенности», ненужности, а позднее – и бессмысленности существования привели его сначала к созданию странных произведений – амальгам из од, элегий и молитв, затем к написанию «новогодних псалмов» и, наконец, к необычному стихотворению, которое очень условно можно назвать «метафизической одой» о «пограничной ситуации».

Анализ новогодних стихотворений и дневниковых записей Кюхельбекера проводится в статье в рамках методологии исторической поэтики, сравнительного литературоведения и теории составных текстовых образований.

Ключевые слова: 

В. К. Кюхельбекер, новогодняя (эоническая) поэзия, ода, переложение псалмов, элегия, историческая поэтика, «пограничная ситуация».

Биографическая повесть в якутской прозе второй половины ХХ века

Аннотация: 

В жанровом движении якутской прозы второй половины XX века значимо развитие биографической, историко-биографической повести. Так, в 1980–90-е годы активен жанр лирико-биографической повести в творчестве Н. Лугинова, В. Яковлева-Далана, И. Сосина и др. В тексте данной разновидности жанра доминирует лирическое начало, концептуальна авторская позиция. Дальнейшее углубление социально-философского аспекта в жанре выражено в произведениях Н. Мординова-Амма Аччыгыйа, С. Данилова, Н. Лугинова. Более всего черты жанра историко-биографической повести проявились в произведении Р. Кулаковского «Жизнь отца». Общим для биографической прозы является углубленное внимание к духовно-нравственному формированию героя на фоне социально-исторической эпохи. Текст биографического повествования отличает сложная нарративная конструкция, контекстная диалогичность.

В якутской биографической прозе концептуально значение пейзажных описаний, воссоздается своеобразный геокультурный образ северной земли, «сибирский текст» как особая ментальная система представлений о мире и человеке. В целом во второй половине ХХ века якутская литература обогатилась появлением значимых произведений в жанре лирико-биографической, историко-биографической повести.

Ключевые слова: 

жанр, историко-биографическая повесть, текст, авторская позиция, герой, социально-философская

Имитация документального в произведениях Джонатана Линна и Энтони Джея «Да, господин министр» и «Да, господин-премьер-министр»

Аннотация: 

Статья посвящена дилогии «Да, господин министр» и «Да, господин премьер-министр» английских сценаристов Джонатана Линна и Энтони Джея о Джиме Хэкере, вымышленном британском политике. Эти произведения являются новеллизацией, так как основаны на популярном ситкоме, который шел по каналу BBC2 в 1981–1984 и 1986–1988 годах. Жанр дилогии можно определить как мокьюментари, так как произведения представляют собой имитацию документалистики. В основе произведения лежат дневники Джима Хэкера, якобы полученные редакторами для публикации. В них через изменение стиля повествования можно отследить эволюцию героя. Также в книги включены воспоминания сотрудников министра, которые позволяют взглянуть на события с другого ракурса. Кроме дневниковой формы, авторы включают в свое произведение и служебные записки, которые выполняют функцию средства общения и еще кодекса британских чиновников. Одним из главных объектов высмеивания являются средства массовой информации. Авторы подвергают критике их стремление создать новость из ничего, а также сделки с властью. В то же время включение в книги имитаций интервью, статей и заголовков также создает сатирический эффект.

Ключевые слова: 

сценарий, мокьюментари, новеллизация, имитация документального, английская литература.

«Вербальный портрет перед визуальным портретом»: декламация в прологе романа А. С. Байетт «Дева в саду»

Аннотация: 

Статья посвящена исследованию интермедиального пролога романа «Дева в саду» современной английской писательницы Антонии Сьюзен Байетт, который является первым романом тетралогии о семье Поттер. Композиционно экфрастическая экспозиция как предваряет основное действие романа, так и завершает его хронологически и сюжетно. Пролог романа образует бесконечный герменевтический круг поиска смысла в искусстве и в жизни, реализующийся в постмодернистском ключе. Размышления о ключевых фигурах английского Возрождения, в особенности о Елизавете, Марлоу, Шекспире, представляют постмодернистскую картину мира с идеями о множественности интерпретаций, переворачивании верха и низа, игры слов, игры ради самой игры, поиска истины как игры. Театр, литература и портретная живопись акцентируют сравнение эпохи Елизаветы I, эпохи английского Ренессанса, эпохи Елизаветы II, эпохи Нового Елизаветинского времени и образуют единое пространство диалога, рефлексии, интерпретации искусства и жизни. Пересечение трех типов дискурса – театрального, живописного и литературного – акцентирует диалог вербального и визуального, получая философское осмысление на страницах романов тетралогии. Упоминание «вербального портрета перед визуальным портретом» самой Байетт в эссе «Портреты в художественной прозе» подчеркивает значимость пересечения разных видов дискурса в романе, акцентируя диалог статичных и динамичных видов искусства с целью их сопоставления и рефлексии о возможностях выхода за пределы границ каждого из них.

Ключевые слова: 

Антония Сьюзен Байетт, экфрастическая экспозиция, интермедиальный пролог, герменевтический круг, постмодернистский роман, интерпретация.

Художественный мир романистики Захара Прилепина

Аннотация: 

В статье рассматриваются ключевые особенности художественного мира романной прозы Захара Прилепина. Сопоставление романов писателя (прежде всего «Патологий» и «Обители») обнаруживает единый в своих основах алгоритм: сюжет, отслеживающий процесс преодоления главным героем различного рода экстремальных ситуаций, поначалу разворачивается неспешно, однако последняя треть текста всякий раз характеризуется стремительным уплотнением времени и резким сгущением мрака, достигающим в финале максимальной концентрации. Развернутый анализ позволяет выявить систему инвариантных ситуаций, мотивов, тем, которые составляют основу большинства романов писателя. Особая роль принадлежит в конструкции главных прилепинских романов мистериально-эсхатологическому компоненту, связанному с погружением героя в ад-апокалипсис и высвечивающему универсальную трагедию человеческой богооставленности (мотив богооставленности человека, как правило, обнаруживает у Прилепина эдипальные коннотации, поскольку образ умершего отца, постоянно всплывающий в воспоминаниях героя, явно соотносится с фигурой Бога).

Активная общественно-политическая деятельность писателя Прилепина порой настраивает читателей его художественных произведений на поверхностно-публицистический лад, что оборачивается редукционистским восприятием их. Между тем романы Захара Прилепина обнаруживают общую метафизическую, мистериально-эсхатологическую первооснову, которая оригинальна, сложна и требует серьезного осмысления.

Ключевые слова: 

Прилепин, романистика, художественный мир, алгоритм, богооставленность.

RSS-материал