Бреева Т.

Гендерная картина мира в романе М. Арбатовой и Ш. Д. Гупта «Испытание смертью или железный филателист»

Аннотация: 

В статье рассматривается художественная репрезентация гендерной картины мира в современной русской литературе и ее связь с феноменом «женского письма». Исследуется метатекст как способ взаимодействия стратегий fiction и non-fiction в романе М. Арбатовой и Ш. Д. Гупта «Испытание смертью или Железный филателист», а также прием автометаописания как вариант создания текста о тексте. Помимо этого, раскрывается характер реализации тенденций демифологизации и ремифологизации, демонстрирующий взаимосоотнесенность «мужской» и «женской» моделей жанровых стратегий внутри одного текста.

В первом случае «мужская» модель проявляется через транслирование и открытое пародирование жанровых признаков шпионского романа: «бондианы» и одного из вариантов модели советского шпионского романа. В статье изучается механизм деконструкции жанровых стратегий шпионского романа, формирующих маскулинную модель мира, где оба варианта оказываются неспособны раскрыть тайну героя, становясь лишь основой для продуцирования мифов о нем.

Во втором случае, исследуется специфика репрезентации «женского» взгляда на образ героя в контексте декларируемого авторского мифа, который задается в «Справке» и в «Послесловии». Раскрывается тенденция ремифологизации, функцию воплощения которой принимает на себя биографический нарратив, формирующий «женский» взгляд на героя. Специфика биографического нарратива обнаруживает себя на уровне структуры, определяя особый способ моделирования ретроспекции в романе, компенсируя тем самым антипсихологическую установку, характерную для жанровой модели шпионского романа. Биографический нарратив становится способом реабилитации образа главного героя, раскрывая характер его «легендарности».

Ключевые слова: 

гендерная картина мира, женское письмо, метатекст, автометоописание, шпионский роман, «бондиана», биографический нарратив.

Проблема антропологической идентичности в пьесе О. Шишкина «Анна Каренина II»

Аннотация: 

В статье рассматриваются способы художественной репрезентации ремейковой стратегии в русской драматургии рубежа XX–XXI веков; раскрывается значение перформативной эстетики в актуализации потенциальных смыслов прототекста. Исследуется характер функционирования текста О. Шишкина в контексте концепции гипертекста У. Эко.

Одним из способов актуализации потенциальных смыслов становится метатекстовая структура пьесы; вычленение в авторском предисловии философского контекста, формируемого именами и работами П. Вирильо, Л. Мамфорда и М. Маклюэна, определяется содержание рецептивного механизма О. Шишкина, основой которого становится своеобразное разыгрывание в тексте философских идей данных авторов. Акцентирование подобного рецептивного механизма определяет характер перформативного проживания классического сюжета прототекста, следствием которого выступает эксплицирование потенциально присутствующей в романе Л. Н. Толстого идеи взаимодействия человеческого разума и прогресса. Концептуализацией этого идейного комплекса становится в тексте «Анна Каренина II» проблема антропологической идентичности, составляющая одну из версий общей для новых драматургов проблемы личностной самоидентификации.

Решение данной проблемы связывается с «разыгрыванием» философского контекста: буквализацией идей Л. Мэмфорда выступает в пьесе стилистика стимпанка; включение монструозного дискурса становится отражением представлений М. Маклюэна о влиянии на человеческое сознание «любого расширения чувств с помощью технологии»; проблема виртуализации сознания П. Вирильо обыгрывается в финале пьесы, уничтожающем дистанцию между XIX и XX веками. Подобный вариант реализации перформативной эстетики новой драмы предполагает смещение акцента со стратегии деконструкции прототекста на стратегию его актуализации.

Ключевые слова: 

ремейковая стратегия, прототекст, гипертекст, перформативная эстетика, актуализация потенциальных смыслов.

Гендерное конструирование в романе М. Кузмина «Крылья»

Аннотация: 

Проблема гендерного конструирования, приобретающая особую значимость в культурном контексте периодов рубежности, в русской литературе конца XX – начала XXI века в равной мере определяет как моделируемый художником «текст жизни», так и «текст творчества». М. Кузмин демонстрирует открытость презентации данного процесса, обусловленную не только природой его собственной гендерной самоидентификации, но и спецификой его эстетических предпочтений. Рассмотрение постулируемой им эстетической утопии через призму гендерных соответствий, с одной стороны, вписывается в характерную для этого периода мифологию пола, а с другой – в контекст ницшеанских мотивов витальности жизни и ее циклического структурирования. Акцентирование сюжета инициации героя как основного способа реализации эстетической утопии и выбор в качестве протагониста героя-ребенка становится формой художественной репрезентации ницшеанских построений; кроме того, своеобразным мотивирующим фактором выступает в этом случае и адамистическая мифологема акмеизма. В этом же ключе начинает решаться в романе телесный код; освобождение от символической ангажированности культурных смыслов обеспечивает его непосредственное участие в конструировании эстетической утопии. Помимо телесного кода, формой репрезентации авторского мифотворчества выступает система национальных концептов Россия (включающий в себя топосы Петербурга и Васильсурска), Италия, Эллада, структурирование которых определяется гесиодовским мифом о «золотом веке». Акцентирование мифологемы «золотого века» позволяет выстроить мифологизацию Эллады как утраченного / обретенного рая, обеспечивая не только позитивность ценностного звучания эстетической утопии М. Кузмина, но и завершая характер духовно-телесной инициации главного героя романа.

Ключевые слова: 

гендерное конструирование, гендерная самоидентификация, эстетическая утопия, мифотворчество, мифологизация, национальная репрезентация гендерного моделирования, М. Кузмин.

RSS-материал