Историческая достоверность и глубина символизации в стихотворении Олега Чухонцева «Поэт и редактор»

Аннотация: 

Стихотворение Олега Чухонцева «Поэт и редактор» (1972) создано в переломный период творчества автора, когда на несколько лет он потерял возможность публиковать стихи в советской печати. В произведении органично и нетривиально сочетаются несколько разнородных жанров (диалог, сатира, идиллия) и смысловых пластов. При всей точности исторических реалий эпохи застоя, стихотворение символично и представляет собой сложную литературную игру, что касается и самой представленной ситуации, и заглавия произведения, и его стиховой формы, и стиля. За внешне ясным заглавием скрываются несколько противопоставлений. Во всех парах неизменной остается фигура Поэта и его позиция, тогда как образ Редактора изменчив, персонаж сменяет целый ряд масок. В результате просматривается следующая система отношений: поэт / редактор (в идеале – литературный помощник), поэт / цензор (недоброжелатель и запретитель), поэт / власть (предельно репрессивное начало), поэт / критик (умный оппонент), поэт / читатель (доброжелатель и друг). Стихотворение может прочитываться и как описание раздвоения лирического субъекта, диалог с самим собой, и в таком случае следует добавить к списку пару «поэт / внутренний редактор». В стилистическом отношении и в плане стиховой формы «Поэт и редактор» в значительной степени ориентирован на пушкинский слог, причем стилизация здесь подчеркнуто иронична по отношению к традиции. С точки зрения жанра и литературного подтекста стихотворение подразумевает определенный ряд сочинений: классические металитературные стихотворения, связанные хронологически и смыслово: «Разговор книгопродавца с поэтом» А. Пушкина (1824), «Журналист, читатель и писатель» М. Лермонтова (1840), «Поэт и гражданин» Н. Некрасова (1855–1856) и многие другие.

Таким образом, «Поэт и редактор», во-первых, изображает типологически достоверную ситуацию столкновения свободного художника с советским официозом – стихотворение встроено в определенный социокультурный контекст. Во-вторых, оно представляет собой экспликацию внутренней речи лирического субъекта, раздваивающегося на ипостаси поэта-«идеалиста» и редактора-«циника», и является глубоко личным, почти интимным лирическим признанием. И, в-третьих, оно предельно обобщенно рисует взаимоотношения творца и аудитории – практически в любую эпоху.

Ключевые слова: 

О. Чухонцев, форма стиха, семантика, жанр, стиль, подтекст, исторические реалии.

Прикрепленный файлРазмер
Cтатья337.59 кб